Когда Людмила Воронцова узнала, что станет матерью, она сначала решила, что врач ошибся.
Ей был пятьдесят один год.
Два месяца назад она развелась с мужем после двадцати шести лет брака.
— Вы точно не перепутали анализы? — тихо спросила она.
Врач улыбнулась.
— Нет, Людмила Сергеевна. Поздравляю.
Поздравление прозвучало почти издевательски.
Потому что отцом ребёнка был Алексей.
Человек, которого Людмила ещё недавно любила больше жизни.
И тот, кто однажды вечером собрал чемодан и сказал:
— Люда, мы давно живём как соседи. Давай не будем мучить друг друга.
Он уехал из их квартиры в Ярославле.
Людмила не удерживала.
Даже когда дверь за ним закрылась, она не заплакала.
Она заплакала теперь.
В женской консультации.
Держа в руках маленький снимок УЗИ.
Вечером Алексей позвонил.
— Люд, у тебя осталась моя синяя папка с документами?
Она смотрела на снимок перед собой.
Ей стоило сказать всего четыре слова:
«Я жду твоего ребёнка».
Но вместо этого она ответила:
— Посмотрю.
И положила трубку.
С каждым днём сказать становилось труднее.
Через месяц Людмила решила окончательно:
Алексей ничего не узнает.
«Он сам ушёл», — повторяла она.
Её старшая подруга Галина Павловна качала головой.
— Люда, муж от тебя ушёл. Но ребёнок ему ничего плохого не сделал.
— Я не хочу, чтобы он вернулся из жалости.
— А кто сказал, что ты должна его принимать обратно?
Эта мысль раздражала Людмилу больше всего.
Она привыкла считать, что вариантов только два: либо Алексей возвращается, либо исчезает навсегда.
Но жизнь приготовила третий.
На седьмом месяце беременности Людмиле позвонила бывшая свекровь.
— Людочка, можно я зайду? У меня твои старые фотографии остались.
Людмила хотела отказаться.
Но пожилая женщина уже стояла у подъезда.
Когда Валентина Андреевна увидела её живот, сумка выпала у неё из рук.
— Господи…
Она прижала ладонь ко рту.
— Это… Алёшина?
Людмила молчала.
Свекровь заплакала.
— Он знает?
— Нет.
— Почему?
— Потому что он выбрал жизнь без меня.
Валентина Андреевна села на табурет в прихожей.
— Без тебя, Людочка. Не без своего ребёнка.
Через два часа позвонил Алексей.
Людмила сразу поняла.
— Мама сказала?
— Да.
Его голос дрожал.
— Это правда?
— Правда.
На другом конце провода наступила тишина.
— Почему ты мне не сказала?
— А зачем? Чтобы ты вернулся из чувства долга?
— Люда, кто дал тебе право решать, что я почувствую?
Эта фраза разозлила её.
— А кто дал тебе право после двадцати шести лет просто собрать чемодан?
— Никто. Я сделал тебе больно. Но сейчас речь не о нас.
— А о ком?
— О нашем ребёнке.
Он приехал через четыре часа.
Не с цветами.
Не с обещаниями начать всё сначала.
Он принёс пакет мандаринов, потому что помнил: во время первой беременности Людмиле постоянно хотелось именно их.
Она открыла дверь и, увидев пакет, впервые за много месяцев расплакалась.
— Дурак ты, Лёша.
— Знаю.
— Я тебя назад не приму.
— Я и не прошу.
Он посмотрел на её живот.
— Просто не отнимай у меня возможность быть отцом.
И Людмила отступила от двери.
Через два месяца родился Миша.
Алексей был рядом.
Они так и не сошлись снова.
Но каждое воскресенье он приезжал к сыну.
Кормил его с бутылочки.
Возил к врачам.
Через несколько лет Миша однажды спросил:
— Мам, а почему папа живёт в другом доме?
Людмила задумалась и ответила:
— Потому что иногда взрослые перестают быть мужем и женой. Но это не значит, что они перестают быть мамой и папой.
И только произнеся эти слова вслух, она окончательно поняла то, чего не понимала в день, когда решила сохранить беременность в тайне.
Развод дал ей право закончить отношения с мужем.
Но, возможно, не давал права закончить отношения отца с ребёнком ещё до того, как они начались.
А вы как считаете: должна ли женщина сообщить бывшему мужу о беременности, каким бы болезненным ни был их развод?
