RU

У Олеси всегда была одна отличительная черта — она не умела ошибаться. То есть, по-настоящему ошибаться

— Ну куда ты опять кофту бросил? Подними, кому говорю! — Оксана строго глянула на растянувшегося на диване

Рыба остыла. Оксана ещё раз проверила сервировку — льняные салфетки, серебро, которое она доставала только

Харьков, конец ноября. Серое небо, мокрый асфальт, ветер пробирает до костей. Я стояла на пороге своей

Мобильник завибрировал без четверти одиннадцать, когда Ярослав Гнатюк в одной футболке стоял на незастеклённом

Я поправила манжету изумрудного комбинезона и улыбнулась дочери. Марийка, перепачканная клеем с блёстками

— Этого на маршрутку хватит. Давай быстрее, мама ждёт, у неё борщ стынет. Я стояла под козырьком роддома

— Мы без ничего, прикинь? Еле вырвались. Пробки — жесть, весь МКАД мёртво стоял. Ир, давай на стол, мужики

В трубке пискнуло, и голос Алины ударил без всякого «здравствуй»: — Мам, ты правда продала дачу?

Письмо упало в почтовый ящик в четверг, аккурат когда я пересаживала фиалки на подоконнике.